мне кажется, что все истории, что выдумывают люди, одна большая чушь
что сказки взяты из ниоткуда, чтобы нам было хуже
забиваем себе головы: книги, рассказы, любовь, любовь, любовь, боль
телевизор, интернет, завтрак, который стынет по утру
глаза любимой, не любимой рядом на постели, не так греют. вообще не так греют.
теплее солнца свет для меня.
я здороваюсь по утру с кошельками пустыми.
посмотрите дальше, глубже, выше ничего никто ни стоит в этом мире, все в прошлом, будущем. настоящих единицы.
ради них взрываются звезды
черные дыры
будем плакать, плакать, но не достанемся другим, чужим не тем
дай мне тепло в вены, в голову, в сердце, чтобы солнцем была ты, а не какой-то шар в небе

(via pravila)

(via pravila)

Вчера я вспомнила один из первых рассказов, который вообще прочитала за свою жизнь, не из школьной программы, конечно. Мне было тогда от силы лет 10. До этого я читала всякие ужасы, приключение, детективчики. А как-то мне попала в руки книга известной детской писательницы Тамары Крюковой. Книга называлась «Мир кино», да, именно название меня в ней и привлекло. К сожалению, целиком я её не дочитала, но один рассказ всё-таки смогла. «Ведьма». Он был самым первым и так запал в меня, что я до сих пор помню что там и как. Я не знаю, почему мне так ужасно захотелось написать об этом, возможно, просто память бьёт в душу и всё. 

Ты однажды захочешь вернуться. Безумно захочешь.
Когда ночью проснешься, и глаз не сомкнёшь до рассвета.
Когда мыслью, как током, что я тебя всё-таки очень…
И собьешься со счета какая в руках сигарета.

И захочется вдруг закричать, заорать что есть силы
И предательски выступят слёзы /от них не спасешься/
От того, что другая, не я, называет любимым,
Та, которой поклялся, что больше ко мне не вернешься…

Ты однажды захочешь назад до озноба по коже,
 До отчаянья от невозможности снова стать ближе…
Ты опустишься нА пол и шепотом выдохнешь: «Боже,
Ты храни её там за меня… Ты храни её… Слышишь?

Я бы сам… Но ты видишь…» И вдруг замолчишь. И подкуришь.
 И поймешь, что живешь в страшном сне и нет силы проснуться.
И поймешь: ничего не забыл и что всё еще любишь…
И захочешь вернуться. Безумно захочешь вернуться..

Всё имеет обыкновение проходить. Сижу и думаю, а сколько за свою короткую жизнь я успела упустить.

Когда я была маленькой, то очень сильно любила печёнку. Я готова была есть её килограммами, а сейчас меня от неё тошнит. У меня было много лучших друзей, сейчас я понятия не имею где они, с кем они, как живут, на чём зависают. Если мы пройдём мимо друг друга на улице, то возможно даже не поздороваемся. Мы друг другу никто уже. Прошла дружба.
У меня была любимая бабушка, с которой я была свиньёй. Я правда любила её, но мой характер был просто невыносим. Потом она заболела и умерла. Жизнь прошла, а моё свинство всё ещё со мной.
Когда-то у меня был аквариум. Там было очень много разных рыбок, он был большой и красивый. Я залипала возле него сутками, но когда рыбы начинали давать икру, я дырявила её ножницами. Зачем? Наверное чтобы они не прожили бессмысленную жизнь, ведь нет ничего бесполезнее жизни аквариумных рыбок.
У меня была любовь. Проблема была только в том, что я не умела любить. Я думала, что наши отношения навсегда. Никогда не забуду первый год, то лето. Я просто жила и чувствовала, но этого оказалось мало. Наверное меня сгубил страх. В итоге всё прошло, так же как и моя любовь к печёнке, так же плавно и беспричинно. 

таем от признаний,
под покрывалом серых зданий

Я устала. Можно вечно говорить о этом пустом дне, о этих пустых часах, о пустых мыслях. Это так странно. Странно ничего не чувствовать внутри, кроме боли, обиды и отвращения. А ещё два дня назад всё было прекрасно, до того момента, как стержень внутри меня сломался.

Сегодня я ходила и утверждалась в том, что всё херово. Все улыбаются, смеются, а я хожу, как скисшее говно. Улыбалась я сегодня раза два, остальное же время я отдала на самокопание.

Мы были в Третьяковке. Ах эти стены. Однотонные, такие пустые, с пустыми мрачными картинами. Вокруг все такие культурные, мрачные, хотелось встать и выблевать из себя всю желчь этих лиц.  

Я еле дожила до конца. Когда я пришла к тебе, то почувствовала атмосферу своей души. Только ты говорила-говорила-говорила, а мне хотелось молчать, ибо слов нет. Ничего уже нет

Я не хочу смеяться, не хочу улыбаться, не хочу плакать. Я хочу просто забыть эти ужасные дни и проснуться завтра, как после кошмарного сна, и начать дышать заново. 

(via tooru)

Я пытаюсь написать сюда весь тот пиздец, что произошёл сегодня со мной, но не могу. Этот взрыв эмоций просто сбил меня с ног, и я проревела целый час. Огорчает то, что нет повода для слёз, нет повода мучить себя. А я просто устала. У меня был ужасно скучный день, который я провела с ненужными людьми. Совершенно ненужными. Меня обнимали чужие руки, со мной разговаривали чужие губы, смотрели чужие глаза, в которых дерьма больше, чем в общественном туалете. Всё чужое. Всё не моё. Плюс к этому у меня жутко болела голова, не побоюсь этого, но голова, по ходу, тоже была не моя, по сколько поскольку мысли в ней давно уже не со мной.

На физ-ре я чуть было не пизданулась, поэтому позвонила подруге. Как же я без тебя скучаю, ты бы знала. Это просто АД, в котором ты всегда меня спасала… Спасало твоё присутствие, твоя поддержка. А никому до меня не было дела, ибо всем уже порядком заебало это моё скисшее личико. Ну как всем, только тебе. Остальные же спрашивали что-то, пытались заговорить, а мимо меня пролетело всё, все их слова.

Придя домой, я села в туалет и начала реветь. И именно в этот момент я поняла, какой же пиздец сейчас в моей голове. …

t-killah: cherry-cherry-lady: sweetgame: (via nuponyatno)

(via pravila)